Депопуляция и Пашня — 5 (Центральный Федеральный Округ)

—

—

Из благополучного 1990 года колыбель русского народа и будущий Центральный Федеральный Округ выходил с земельным фондом 23 744 300 гектар распаханной пашни. После благополучного 1990 года в сельском хозяйстве состоялось привычное крутое пике, и к 2015 — 2020 годам от былого благополучия осталось 15 495 400 гектар распаханной пашни. Это 65.26% к уровню 1990 года в 2015 — 2020 годах, две трети от того, что было. А еще к 2015 — 2020 годам это минус 8 248 900 гектар и минус 34.74% от уровня 1990 года, треть от того, что было. Почти как племена Поволжья, где тоже на трети фонда пашни вырос лес, но не как финно–угро–балтийская чухна, где лес вырос на двух третях практически и так отсутствующей пашни. В 2000 — 2010 годах случилось вставание с колен, поэтому к сытому 2010–му году это были 13 886 700 гектар пашни. Это 58.48% от уровня 1990 года, минус 9 857 600 гектар пашни и минус 41.52% пашни. Такого позорища не случалось даже с поволжскими племенами. Поэтому не удивительно, что к 2022–му году остро встал вопрос о расширении жизненного пространства с целью пожрать за счет захвата целой сельскохозяйственной страны, ее рабочих рук, зерна и черноземов где–то южнее. Но даже в этом остром вопросе что–то пошло не так.

Если считать нормой 0.5 гектар пашни на человека, то в благополучном 1990 году будущий Центральный Федеральный Округ имел фонд на 47.49 млн. человек при населении в 38 млн. человек. Ходили слухи, что будущий Центральный Федеральный Округ кормит всех (Окраины и несчастных негров по всему миру, которые любят Москву и Ленина), что напрягало местных патриотов. Все живут за русский счет, хотя наличный земельный фонд мог прокормить только 9 млн. человек сверх своей популяции, что не густо. А еще у будущего Центрального Федерального Округа на пищевом балансе существовала вечно голодная финно–угро–балтийская чухна откуда–то из будущего Северо–Западного Федерального Округа, которая вроде бы русская, но которая уже 500 лет только про пушнину, соль и пр., но не про сельское хозяйство, у них там даже картошка, видите ли, не растет. К 2015 — 2020 годам местные патриоты напрягаться почему–то перестанут, хотя пашни останется на 31 млн. человек при населении 40.3 млн. человек, что Апокалипсис. Да, по привычке еще будут звучать редкие и робкие призывы прекратить кормить хотя бы Кавказ, якобы живущий за их счет. Но больше Центральный Федеральный Округ никого не кормит и накормить не может, ибо теперь таким же 9 млн. человек нечего жрать уже в самом Центральном Федеральном Округе. А ведь еще есть вечно голодная финно–угро–балтийская чухна откуда–то с Русского Севера, которая когда–то кормилась с Центра и Поволжья, а теперь стала вымирать пачками, потому что спустя 25 — 30 лет вставания с колен выяснилось, что поволжские племена и их земельный фонд — это кормовая база и наше все не только для вечно голодной финно–угро–балтийской чухны. Но поволжские племена один только Север еще в советские времена кормить замучались, а тут еще и Центр на шею пожрать присел, поэтому к 2022–му году в отношении распаханных черноземов и уже выращенного корма где–то на юге нарисовался очередной план Ост.

К благополучному 1990–му году только Иваново, Владимир, Кострома, Ярославль и Калуга будут иметь земельный фонд менее 1 млн. гектара. Даже Подмосковье будет более распаханным. А чемпионом и житницей будет многострадальный Воронеж. Он и спустя 25 — 30 лет будет житницей и ключевым пищевым активом Центра. Игроков с фондом 1 — 2 млн. гектар останется всего пять — Орел, Липецк, Белгород, Курск и Тамбов. Остальные провалятся к Костроме, Иваново и прочей чухонщине из золотого кольца в носу России, которая с протянутой рукой, кормите нас. Смешно, но Калуга с позорными тремя сотнями тысяч гектар себя еще и донором считает. Ну просто кормят всех и вся.

Каждый игрок постарался внести свой посильный вклад в дело продовольственной безопасности. Лучше всего это получилось у Смоленска. Воевали за эти земли веками, получите. Рядом Тверь и Рязань, несколько столетий назад мечтавшие стать столицами всея Руси. Калуга, которая всех кормит, тоже в пятерке. На пятерых их вклад составил 4 195 700 гектар из 8 248 900 гектар, это 50.86% (ровно половина). Остальную половину взяли на себя остальные 12 игроков. А вечно голодные чухна и прогрессирующие негры пусть и дальше сидят голодные, хватит, теперь самим жрать нечего.

Смоленск и Кострома потеряли практически всю пашню. Кормящая всех Калуга, Иваново, Ярославль и Тверь потеряли две трети пашни. Неизвестно, с чего они кормятся хотя бы сами, но явно не со своей земли, здесь чувствуется чухонский стиль. Половина игроков потеряла половину фонда пашни и более, даже Рязань, которая когда–то была важным пищевым активом. Мы не пашем, не сеем, не строим. Чем же они тогда занимаются? Ушли добывать уже выращенное зерно, ибо зачем точить тракторы, пусть Урал точит танки, и можно пограбить под разговоры о русском сверхчеловеке, который всех кормил и кормит, несет всем города, свет цивилизации, школы и больницы, заводы и пр. Правда почему–то все перечисленное высшая раса цивилизаторов не может построить самим себе, да даже просто себя прокормить. А менее всего сельскохозяйственная деиндустриализация коснулась житниц Воронежа, Орла, Липецка, Белгорода, Курска и Тамбова, которые действительно всех кормят. И их сил на прокорм высшей расы явно не хватает.

В далеком 1959 году только четыре игрока имели менее 1 млн. гектар распаханной пашни. К более близкому 1990 году сюда добавится Калуга, которая донор и всех кормит. Даже Подмосковье все еще будет пахать. К 2015 — 2020 годам таких игроков станет 11–ть штук. Из 17–ти. Поэтому закончившие с сельским хозяйством обрадуются присоединению Лугандонии и Крыма, которые должны всех накормить со своих гектар. Зря обрадовались, там тоже жрать нечего. Когда через несколько лет выяснится, насколько жестоко они просчитались, поставив не на ту лошадь, начнется план Ост. Кстати, нищие Лугандоны и Крым тоже обрадуются, они–то рассчитывали пожрать за счет Центра, потому и присоединились. Но в Центре и так 9 млн. человек голодные, а еще есть вечно голодная финно–угро–балтиская чухна, поэтому Лугандоны и Крым тоже поддержат план Ост в отношении своих бывших соотечественников. Голод не тетка.

Теперь про уровень развития производительных сил. Даже Липецк и даже в сытом и благополучном 1959–м году не смог переплюнуть рекорд Пензы — 76.74% от площади локации в 2015–м году. Хотя были близки. Но к 1990–му году целых семь игроков могли похвастаться тем, что распахали половину своих локаций, что очень высокий уровень сельскохозяйственной индустриализации независимо от способности переработать выращенное в продукты питания. Даже коррумпированная и поганая Тула все еще добывала хлеб насущный. К 2015 — 2020 годам таких игроков останется вроде бы четыре, но Воронеж и Орел будут совсем рядом. А Тула станет окончательно коррумпированной и поганой, потому что брать взятки проще, чем пахать, сеять и строить. Проблемой станет только отоваривание этих взяток на корм, который не вырастили. Итого, шесть более–менее распаханных локаций хотя бы до уровня половины от общей площади локаций. Шесть из семнадцати, главные пищевые активы Центра. А в пяти локациях не смогут распахать даже десятой части площади этих локаций. Смешно, но вместо увеличения пищевого актива за счет южных черноземов произошло уменьшение активов, потому что пахать в Белгороде и Брянске после провала плана Ост стало небезопасно. Доворовались. Подведем итог. Когда–то в далеком 1959 году будущий Центральный Федеральный Округ имел фонд 26 700 000 гектар, к 1990 году это будут уже 23 744 300 гектар. Это минус 2 955 700 гектар за 31 год или минус 11.07% от уровня 1959 года. Минус десятая часть при растущем количестве голодных ртов. В следующие 25 — 30 лет случатся минус 8 248 900 гектар и минус 34.74% от уровня 1990 года (и минус 30.89% от уровня 1959 года). Минус треть при растущем количестве голодных ртов. Суммарно за 56 — 61 год это будут минус 11 204 600 гектар и минус 41.96% от уровня 1959 года, почти половина распаханной пашни. Две итерации практически поровну ложатся на плановую (минус 11.07% от уровня 1959 года) и рыночную эпохи (минус 30.89% от уровня 1959 года). В эпоху рынка сельскохозяйственная деиндустриализация происходила в три раза быстрее. Для сравнения, в Поволжье в два раза быстрее, а у чухны в 11 раз быстрее. Впрочем, чухна и сельское хозяйство — это анекдот.

—

Теперь пришло время для демографии. Из благополучного 1989 года будущий Центральный Федеральный Округ выходил с популяцией численностью 37 928 527 человек. К 2025 году поднакопится 40 298 690 человек. За 36 лет популяция подрастет на 2 370 163 человек. И это при уменьшении кормящего земельного фонда на 34.74% от уровня 1990 года. В относительных цифрах актуальная численность составляет 106.25% к уровню 1989 года и плюс 6.25% от уровня 1989 года, чуть более двадцатой части популяции за 36 лет. Еще это плюс 65.84 тыс. человек в год и плюс 0.174% в год от изначальной численности популяции.

Правда с 1989 года по 2009 год случились минус 34 055 человек. Численность популяции то росла в пьяные девяностые, когда зарплата случалась порой раз в полгода, то падала в сытые нулевые из–за вставания с колен. Что такое 34 тыс. человек на фоне десятков миллионов человек, поэтому можно сказать, что численность популяции застыла на долгие 20 лет. Зато в штопор ушло сельское хозяйство. Стартовая обеспеченность пашней в 1990–м году около 0.62 гектара на человека сменилась на 0.54 гектара пашни на человека в 1995–м году, но население еще как–то росло. В 2000–м году это были 0.44 гектара пашни на человека, население расти перестало и стало вымирать. В 2005–м это будут уже 0.37 гектара пашни на человека при критической границе 0.33 гектара пашни на человека. Но в 2009 году что–то произошло, и численность популяции полетела в стратосферу, хотя обеспеченность пашней в 2010–м году будет 0.36 гектара пашни на человека, что близко к критической. Чудеса, но с 2009 года по 2021 год Центр прирастет на те самые 2 440 060 человек. При обеспеченности пашней 0.39 гектар пашни на человека как в 2015 году, так и в 2020 году. Не нужно пытаться найти здесь закономерность, просто в 2009 году появились газовые деньги и импорт пищевых ресурсов. В т.ч. и импорт населения под импортируемые пищевые ресурсы, потому что из своего фонда осталось только 0.39 гектар на душу. За 12 лет газовый импорт составил средние 203.34 тыс. человек в год и плюс 0.537% к популяции уровня 2009 года. Т.к. импорт населения не будет обоснован количеством пашни на прокорм (только газовыми деньгами), то дальше начнется специальный военный поход за зерном и качели, и поэтому с 2021 года по 2025 год куда–то денутся 35 842 человек (а к 2024 году 135 873 человек, но сотню тысяч на замену подвезут всего за год). Можно было бы порадоваться за жителей Центра, не родили, так хотя бы завезли целые 2.5 млн. человек, это вам не поволжские и чухонские вымираты. Но если убрать Москву и Подмосковье, то сразу же начнется Поволжье и чухонский Север. Смотрим.

Если в далеком и благополучном 1989 году житель Центра — это, в основном, житель Центра, то уже с 2015 — 2016 годов житель Центра — это, в основном, москвич, подмосквич и понаехавший бич. Потому что знакомая линейная функция убыли населения, а те самые 2 440 060 человек на импортированные пищевые ресурсы за газовые деньги были импортированы в Москву и Подмосковье. А еще говорят, что на землю без людей приходят люди без земли. Но картошку никто не захотел копать ни в Костроме, ни в Иваново, ни в Калуге, которая всех кормит, ни в коррумпированной Туле, которая стала суверенной народной республикой, нигде, хотя земли навалом. Зачем, если ее в Москве можно купить и не париться. А если она закончилась у поволжских племен и больше не появляется (у чухонских племен ее сроду никогда не было), то есть черноземы где–то южнее, уральские танки и план Ост. При этом сходиться прямые начали еще с 1995 года. С 1989 года по 1995 год Москва и Подмосковье приросли на плюс 294 502 человек или плюс 49.08 тыс. человек в год, а остальные усохли на 107 750 человек или минус 17.96 тыс. человек в год. С 1995 по 2009 год Москва и Подмосковье приросли на 2 236 971 человек или плюс 159.78 тыс. человек в год, а остальные усохли на 2 457 778 человек или минус 175.56 тыс. человек в год. Не сказать, что пополнение Москвы и Подмосковья происходило равномерно с вымиранием остальных, но около того, недостача закрывалась мигрантами уже тогда. Именно поэтому до 2009 года мы видим минус 34 055 человек на всех за 20 лет с 1989 года по 2009 год, кое–кто умер на месте и до Москвы и Подмосковья доехать не смог. Однако даже до 2009 года можно было сказать, что 2 531 473 человек из 17 994 213 человек к 2009 году (14.07%, почти каждый десятый) — это не коренные потомки И. Калиты, а потомки из других русских этносов и прочая, которая вообще не русские. С 2009 года по 2021 год Москва и Подмосковье распухнут еще на 3 540 564 человек или плюс 295.05 тыс. человек в год, а остальные усохнут всего на 1 100 504 человек или минус 91.71тыс. человек в год, в два раза меньше, чем в предыдущую итерацию с 1995 года по 2009 год. И если до 2009 года еще можно было считать, что весь Центр и прочие едут в Москву и Подмосковье, а значит 14.07% — это не потомки И. Калиты, но хотя бы относительно русские, то после 2009 года 2 440 060 человек из 21 534 777 (11.33%, тоже почти каждый десятый) — это непонятно кто из непонятно откуда. Вместе с завоеванными русскими племенами это 6 072 037 человек из 21 534 777 человек или каждый третий (28.2% от популяции Москвы и Подмосковья уровня 2021 года). Вот такие потомки Даниловичей нарисовались.

Это разница значений за каждый год по всему Центральному Федеральному Округу. До 2009 года весь Центральный Федеральный Округ в среднем балансирует около нуля. Если кто–то и приезжал в Центральный Федеральный Округ извне, то в незначительных количествах, и практически весь миграционный прирост в Москве и Подмосковье — это движение человеческих масс внутри самого Центрального Федерального Округа. Потому что зачем копать картошку в Калуге, если ее можно купить в Москве. После 2009 года в Москву и Подмосковье на картошку стал съезжаться уже не только Центральный Федеральный Округ. К 2020 году встанет вопрос, где взять уже никем не выращиваемую картошку для голодной орды, чтобы та отоварилась на газовые деньги. А после провала плана Ост проблемы начнутся и с самими газовыми деньгами.

Тоже самое. До 1995 года одинаково плохо было везде. После 1995 года появляется зеркальность аж до 2009 года, Центр съезжался в Москву. После 2009 года весь прирост по–прежнему в Москве и Подмосковье, но это уже не остальной Центральный Федеральный Округ, а кто–то извне. А Центральный Федеральный Округ без учета Москвы и Подмосковья как не вылезал из минусов до 2009 года, так и не будет вылезать из минусов и после 2009 года, стабильно теряя десятки, а иногда и сотни тысяч в год. Осталось только посмотреть, а куда ехали, в Москву или Подмосковье? Смотрим.

До 1995 года особо никто и никуда. Начиная с 1995 года это было движение человеческих масс в основном из Центрального Федерального Округа и в основном в Москву. Подмосковье было никому не интересно аж до того самого 2009 года, когда приезжать стали не только из Центрального Федерального Округа. С 1989 года по 1995 год Москва распухла на 316 340 человек (+ 52.72 тыс. человек в год), а Подмосковье усохло на 21 838 человек (– 2.64 тыс. человек в год). С 1995 года по 2009 год Москва распухла еще на 2 196 174 человек (+ 156.84 тыс. человек в год), а Подмосковье прибавило всего 40 797 человек (+ 2.9 тыс. человек в год). С 2009 года по 2025 год Москва опухнет на 1 992 654 человек (+ 124.54 тыс. человек в год), а Подмосковье на 2 063 153 человек (+ 128.95 тыс. человек в год).

Теперь остальные игроки. В далеком и очень благополучном 1989 году в первой группе по популяции (до 1 млн. человек поголовья) играли только Орел и Кострома. Через 36 лет к ним присоединятся Смоленск, Иваново и Тамбов. Со Смоленском и Иваново, где закончили в сельское хозяйство, все понятно, но как здесь оказалась житница Тамбов, где изобилие пищевых ресурсов? Таковы правила. Чтобы импортированные 2 440 060 человек ели купленную на газовые деньги картошку в Москве и Подмосковье, кто–то должен копать ее в житницах Тамбове, Курске, Воронеже, Орле, Липецке и Белгороде для Москвы и Подмосковья. Но не есть и уж тем более не рожать, ибо картошки после усыхания фонда пашни на всех уже не хватит, а братья в южных землях оказалась нацистами и копать картошку для москвичей, подмосквичей и понаехавших бичей за счет своих не родившихся детей почему–то не захотели. Больше во второй группе (1 — 2 млн. человек поголовья) за 36 лет изменений нет, здесь по–прежнему Курск, Рязань, Калуга (которая всех кормит со своей заросшей лесом земли), Липецк, Брянск, Ярославль, Тверь, Владимир, суверенная Тульская народная республика и Белгород. Воронеж играет в третьей группе (2 — 3 млн. человек поголовья) в одно лицо.

Нет смысла делить игроков на группы, ибо все практически одинаковы. Поэтому по пачкам. В самой неблагополучной пачке лежат четыре игрока. Это вымирающее со скоростью минус 11.63 тыс. человек в год Иваново (– 0.883% человек в год от популяции 1989 года). Рядом Кострома с минус 6.92 тыс. человек в год (– 0.854% человек в год от популяции 1989 года). Не Коми (– 1.203% человек в год от популяции 1989 года) и не Мурманск (– 1.2% человек в год от популяции 1989 года) — чемпионы русской чухны из Северо–Западного Федерального Округа, не Киров (– 0.939% человек в год от популяции 1989) — чемпион Приволжского Федерального Округа, скорее Псков (– 0.892% человек в год от популяции 1989 года), такие же нищие, голодные и деиндустриализарованные помойки. Далее Тверь и минус 13.32 тыс. человек в год (– 0.798% человек в год от популяции 1989 года). Замыкает группу житница Тамбов с минус 10.39 тыс. человек в год (– 0.787% человек в год от популяции 1989 года).

Во второй пачке лежат Смоленск и минус 8.37 тыс. человек в год (– 0.722% человек в год от популяции 1989 года). Следом идет житница Брянск и минус 9.5 тыс. человек в год (– 0.644% человек в год от популяции 1989 года). Далее житница Орел и минус 5.68 тыс. человек в год (– 0.638% человек в год от популяции 1989 года). Замыкает пачку коррумпированная и суверенная Тула с минус 11.4 тыс. человек в год (– 0.61% человек в год от популяции 1989 года). Смешно, но в эту помойку еще и кого–то завозят.

Следующая пачка открывается с житницы Курска и минус 8.05 тыс. человек в год (– 0.601% человек в год от популяции 1989 года). Далее Рязань и минус 7.54 тыс. человек в год (– 0.56% человек в год от популяции 1989 года). Следующий Ярославль и минус 8.06 тыс. человек в год (– 0.548% человек в год от популяции 1989 года). Последним идет Владимир с минус 7.85 тыс. человек в год (– 0.496% человек в год от популяции 1989 года).

Теперь пачка самых благополучных до Москвы и Подмосковья. Начинается она с житницы Липецка и минус 3.39 тыс. человек в год (– 0.275% человек в год от популяции 1989 года). Далее житница Воронеж и минус 5.83 тыс. человек в год (– 0.236% человек в год от популяции 1989 года). Далее Калуга, которая не только кормит всех и вся со своей заросшей лесом локации, но и популяцию наращивает на 6 (шесть!!) человек в год (+ 0.00% человек в год от популяции 1989 года). Видимо, естественный демографический прирост выглядит именно так. Но, увы, никаким естественным демографическим приростом тут и не пахнет, просто Калуге, не выползающей из минусов, кто–то подбросил немного импортной популяции. Что она там будет жрать, если местным с их позорными 300 тыс. гектар жрать нечего — вопрос риторический. Заканчивает пачку житница Белгород с плюс 2.8 тыс. человек в год (+ 0.204% человек в год от популяции 1989 года). Самый благополучный игрок. Был.

Гвозди Центрального Федерального Округа Москва и Подмосковье. Москва благополучна и хорошеет на 125.14 тыс. человек в год (+ 1.427% человек в год от популяции 1989 года). А лучше всех дела идут у Подмосковья, плюс 57.84 тыс. человек в год (+ 2.778% человек в год от популяции 1989 года). Расти на почти три процента в год — это достижение. Теперь рейтинги.

Это абсолютные потери. Самыми погаными для проживания являются Тверь, Иваново и Тула. С последней все понятно, в этом пытающем людей концлагере пожелать обитать можно только врагу. Если посчитать все минусы, то за 36 лет центральные вымираты дадут минус 4 244 631 человек. Тройка лидеров даст минус 1 308 392 человек, это 30.82% общих потерь. Остальные две трети дадут остальные вымираты. Вообще эту тройку, где местечковые элиты могут спустить в унитаз почти по полмиллиона человек поголовья, надо давно разогнать как субъекты и забыть, что такой ужас вообще существовал в природе, пока они всех остальных на кладбище не отправили. Хотя в Федерашке есть элитарии и покруче, там и по 600 тыс. человек могут запросто промотать.

Теперь относительные потери. Герои такие же, но к Иваново и Твери добавилась Кострома, а суверенная Тульская народная республика уехала в середину турнирной таблицы. Неблагополучная и вымирающая мордва (– 21.29% человек от уровня 1989 года) занимает второе место в рейтинге в своем Поволжье, здесь она была бы сразу за Курском. Переплюнуть русский Центр по депопуляции может только чухна из Русского Севера.

За 36 лет кто–то потерял 4 244 631 человек на всех, а кто–то приобрел 6 688 814 человек на всех. Лишними получаются 2 444 183 человек, это 6.06% от численности популяции Центрального Федерального Округа и 11.08% от численности популяции Москвы и Подмосковья. Мы уже поняли, кто потерял, а кто приобрел и откуда. Получается, что за последние 36 лет завезли пару миллионов человек непонятно откуда на земли со стремительно усохшим количеством кормящей пашни. Что же должны жрать эти пару миллионов человек, если жратвы не хватает аж 9–ти миллионам человек местного поголовья? И зачем тогда нужно было завозить в Москву и Подмосковье эти пару миллионов человек, если их нечем кормить? Загадка. Но люди в конкурентной борьбе за право сдохнуть последними будут вырывать друг у друга пищевые ресурсы, будут вырывать друг у друга пищевые ресурсы целые регионы, а вот план Ост провалится. Не получится вырвать пищевые ресурсы у целой страны. От дополнительного выпуска денег картошки тоже почему–то больше не станет. Грусть, тоска, печаль.

Это средние абсолютные потери в год, где–то десятками тысяч. Хотя для кого–то приобретения. У популяций разная толщина, десять тысяч потерь в год для миллионной популяции и для полумиллионной — это разные вещи. Поэтому смотрим в процентах.

И видим, что ключевыми русскими вымиратами является чухна из Иваново и Костромы. Их достижения могут перекрыть только соплеменники из Кирова, Архангельска, Коми, Карелии и Мурманска. Еще в пятерке есть Смоленск, Тверь и житница Тамбов. Что высшая раса будет жрать, если житница Тамбов вымрет? Братское зерно, которое нужно отжать. А Тамбов сам виноват, восставать нужно меньше было сто лет назад. Для сравнения, неблагополучная мордва благополучнее житницы Курска, а северная Вологда благополучнее южного Владимира. Видимо, дело не в климате и широтах.

Сколько игрокам жить–то осталось? Смотрим. Уже давно закопаны Мурманск и Коми, про них забыли уже. Архангельск и Карелия тоже закопаны, а накануне прикопали Киров. Но не успели попрощаться со скончавшимся буквально вчера Псковом, как дуба дало Иваново. И далее аж до самого Новгорода будут похоронки то Костромы, то Твери, то Тамбова, то Смоленска. Но не нужно расстраиваться. В Москве копятся, и когда через 322 года там накопят замену всем скончавшимся, в Липецке и Воронеже еще будут жить местные аборигены. А вот Калуга, которая кормит всех и выблевывает по шесть (6!!) человек в год, будет замещать население своей популяцией долгие 7 млн. лет. Будем надеяться, что к моменту, когда в Центральном Федеральном Округе будут жить одни калужские, Солнце еще не погаснет.

—